Адмирал Эдвард Вернон. Человек, придумавший грог.

Адмирал Эдвард Вернон. Человек, придумавший грог.


Адмирал Эдвард Вернон начал свою карьеру в 1700 году, записавшись волонтёром на линкор «Шрусбери» о восьмидесяти орудиях. И этому линкору очень сильно не повезло познакомиться поближе сначала с Великим Ураганом 1703 года, а потом с великой и ужасной Мелью Гудвина, откуда он чудом выбрался, и наконец, с уложением 1706 года по стандартизации линейных кораблей, его переделали и вновь спустили на воду его только в 1713 году.

Я так подробно на этом останавливаюсь только потому, что этот корабль был флагманом адмирала Вернона в том злополучном походе на Картахену. Так вот, Вернону повезло в 1702 году получить звание лейтенанта и начать скакать по кораблям. В упомянутой выше битве при Малаге Вернон тоже был, как и при захвате англичанами Гибралтара (одна из крупнейших заруб того времени).

Далее — получение звания капитана и с 1708 по 1710 годы он зависает в Вест Индии, примериваясь, как бы взять Картахену, и даже уничтожает испанскую эскадру, высунувшую нос за пределы уютной гавани. Но война закончилась, и вплоть до войны за Ухо Дженкинса Вернон либо ошивается в Балтике (1719), либо сидит на базе королевского флота на Ямайке (1720), либо заседает в Парламенте (следующие пять лет), либо тащит флот из Балтики в Гибралтар (1727-1728), но война не состоялась, и он продолжает сидеть в парламенте аж до 1731 года. Чем он там занимается (пока Лесо качается в Атлантике)? Раздувает пламя войны. Легкие у него мощные, так что когда Дженкинс приволок своё ухо, Вернон тут же этим воспользовался, и благодаря популярности, отхватил тридцатитысячную армию, двадцать девять линейных кораблей, кучу кораблей сопровождения и отправился таки завоёвывать Картахену.

Завоевание Картахены

Как вы понимаете, итог немного предсказуем: Вернон конечно понимал с чем ему предстоит столкнуться в Новом Свете, вот только пока он отсиживался на половинном жаловании и заседал в Парламенте, его противник пережил тяжелейшие военные кампании и весьма поднаторел в осаде и блокаде — и понятное дело знал как от этого защищаться. Вернон же, как и положено чванливому политику, плевать хотел на потери и грезил горами золота, а потому не слушал единственного умного человека в его окружении (Уитворта, командовавшего наземными частями), и из-за несогласованности действий, косяков с логистикой и снабжением, фактически уморил свою армию в болотах, где её с радостью сожрали комары (видимо мерзко пищащими «да здравствует Испания!»).


Вспышка малярии уложила на лопатки почти треть армии, и к тому моменту когда стало ясно что осада обломалась, Вернон уже кусал губы от досады. Он потерял кучу пушек и народа, вернулся с позором, король запретил упоминать об этом поражении (ещё бы, такой удар по репутации великой империи) — а что де Лесо? Ну, после того как упитанные тушки Верноновских солдат уехали домой, жрать стало нечего и комары задумались о независимости колоний. После чего с писком «да здравствует свободная Колумбия» принялись жрать уже испанцев. Эпидемия лихорадки, отягощенная нехваткой продовольствия и воды унесла жизни многих, Картахена практически обезлюдела.

Так закончилась одна из самых идиотских военных операций в истории, наглядно демонстрирующая, почему важно наладить взаимодействие между морскими и сухопутными частями, и почему нельзя пускать политиков, пусть и с копеечным боевым опытом, командовать столь ответственной операцией. Так что на ниве войны Вернон популярности не сыскал, ибо из подвигов, например — захватил Портобелло (шесть линкоров против гарнизона в 90 человек, my ass, герой, да), в честь этого наклепали медалек, понятное дело. Дома он вплотную занялся политикой, разок покомандовал флотом во время «французской угрозы», потом, будучи фактически, политическим трупом наклепал пару памфлетов (типа честных моряков обижают!), которые увидел король Георг Второй и уволил Вернона к чёртовой матери из флота (1746). Умер адмирал Эдвард Вернон в 1757 году.

А теперь про грог

Но мы все до сих пор его помним. Потому что именно Эдвард Вернон умудрился сделать то, о чем все капитаны и адмиралы до него только мечтали — избавиться от повального пьянства на флоте. И здесь я скажу пару строк о том, что знает каждая сухопутная крыса: до Вернона матросы получали пайку чистого рома, а в плохой день — и с добавкой, в результате чего нередки случаи, когда в бой они шли пьяные в стельку. Вернон же велел забодяжить коктейльчик из подогретого разбавленного водой рома с компотом и лимонным соком, а так как из-за накидки матросы величали своего адмирала «Старый Грог», то и пойло его стали называть грогом, и не смотря на то, что коктейль был негламурен, сильно возражать против него никто не стал, потому что пойло согревало и бодрило, а тот факт что адмирал сам его пил изрядно добавляло популярности напитка. Ведь какой моряк не желает стать адмиралом?

Ныне на бутылках с заводским грогом «разогрей и пей» красуется портрет адмирала Вернона. Может быть он и не получил медальку за разгром Картахены, может быть его профиль не был отчеканен на монетах, зато теперь он улыбается с каждой бутылки, согревающей моряков промозглыми ла-маншскими ночами. Йо-хо-хо! И стаканчик грога!